21 августа 1911 года из Лувра исчезла картина Леонардо да Винчи, которую посетители знали как «Мону Лизу». Уже на следующий день известие о пропаже разошлось по газетам, а в зале осталось пустое место, перед которым люди останавливались, чтобы увидеть не портрет, а его отсутствие. За два года, пока полотно не находили, этот пробел превратился в сюжет: кто унёс картину, где она и как такое исчезновение оказалось возможным в одном из самых известных музеев Европы. Но история «Моны Лизы» началась задолго до этой кражи, и известной она была ещё до того, как Лувр обошли газетные заголовки.
Лувр идентифицирует изображённую женщину как Лизу Герардини, супругу флорентийского торговца шёлком Франческо дель Джокондо; заказ со стороны мужа считается вероятным. Леонардо начал работу около 1503 года и сохранял картину у себя до конца жизни, продолжая писать её и оставив незавершённой. Имя модели подтверждается не одной поздней догадкой: в 1503 году флорентийский чиновник Агостино Веспуччи оставил запись о портрете Лизы дель Джокондо, а Джорджо Вазари рассказал о нём в биографии Леонардо, опубликованной в 1550 году.
Картину ценили задолго до ХХ века. Лувр отмечает, что ею восхищались художники эпохи Возрождения, в том числе молодой Рафаэль, а копии создавали уже в XVI столетии. После переезда Леонардо во Францию полотно, вероятно, приобрёл король Франциск I; в экспозиции Лувра оно оказалось к 1797 году. Поэтому утверждение, будто именно кража сделала неизвестный портрет шедевром, было бы слишком простым. У картины уже была история художественного признания, хотя до 1911 года её слава ещё не стала той массовой и всемирной известностью, которую мы связываем с ней сегодня.
Исчезновение превратило эту историю в детектив, за которым следили далеко за пределами музейных залов. Винченцо Перуджа, итальянский рабочий-стекольщик, прежде трудившийся в Лувре, похитил картину и около двух лет держал её у себя. Газеты печатали сообщения о краже, за возвращение обещали награды, следствие искало полотно и проверяло версии. Пустая рама стала не просто следом преступления: она удерживала внимание публики сильнее, чем многие подробности расследования. Люди, которые прежде могли не знать названия картины, теперь обсуждали её исчезновение и ждали развязки.
В декабре 1913 года Перуджа попытался продать полотно флорентийскому торговцу антиквариатом; тот сообщил властям, и картина была найдена. Похититель объяснял свой поступок желанием вернуть работу Италии, считая её национальным достоянием, незаконно вывезенным французами. Однако музейная история указывает на иной путь: Леонардо привёз свои картины во Францию, а «Мону Лизу», вероятно, приобрёл Франциск I в начале XVI века — задолго до походов Наполеона. Так что патриотическое объяснение Перуджи известно, как его собственная версия, но не подтверждается происхождением картины.
После возвращения в Лувр портрет обрёл новую, гораздо более широкую известность. Сам музей связывает кражу с тем, что «Мона Лиза» стала знаменитой во всём мире и близкой массовой публике; при этом её художественная репутация сложилась раньше — благодаря мастерству Леонардо, рассказам современников, копиям и вниманию других художников. Кража не создала ценность картины, но добавила к ней историю, понятную каждому: исчезновение, долгие поиски, ошибочную легенду о возвращении и находку во Флоренции. С тех пор зритель приходит не только к улыбке на деревянной доске, но и к образу, который пережил собственное отсутствие. Пожалуй, именно пустое место в Лувре впервые показало, насколько многое может рассказать картина, даже когда её самой нет перед глазами.