14 октября 2026 года
Биржевые котировки, стоимость физической нефти и прогнозы спроса показывают, насколько по-разному кризис в Персидском заливе влияет на рынок. Одновременно дорожают перевозки, сокращаются запасы, а производители и потребители пересматривают планы.
Мировой нефтяной рынок остаётся напряжённым: фьючерсы Brent торгуются в диапазоне около 105–107 долларов за баррель, WTI — примерно по 94–95 долларов. На закрытии торгов 13 октября ближайшие контракты завершили сессию около 105,69 и 94,14 доллара соответственно. Однако биржевой контракт не всегда отражает цену немедленной физической поставки: в опубликованном 14 октября обзоре Международное энергетическое агентство оценило Brent futures примерно в 107 долларов, тогда как североморская марка Dated Brent стоила около 134 долларов за баррель. Разница отражает дефицит доступных партий, возросшую стоимость доставки и повышенные риски для судоходства.
Ключевой фактор неопределённости — безопасность перевозок через Ормузский пролив. Международная морская организация фиксировала многочисленные инциденты с торговыми судами в регионе; в сводке на 9 октября значились 100 подтверждённых случаев и 24 погибших моряка. 12 октября министры стран ОПЕК и партнёров по Декларации о сотрудничестве отдельно указали, что в некоторых случаях совокупные расходы на фрахт и страхование превышали треть стоимости товара. Это означает, что даже доступная нефть может обходиться покупателям существенно дороже из-за маршрута и условий доставки.
Прогнозы спроса показывают не просто замедление, а заметное расхождение оценок. МЭА ожидает, что в 2026 году мировое потребление нефти сократится на 2,6 млн баррелей в сутки относительно прошлого года — до 102,4 млн баррелей в сутки. ОПЕК в октябрьском месячном обзоре прогнозирует рост на 0,18 млн баррелей в сутки, до 105,72 млн. Эти оценки построены на разных сценариях и предпосылках, поэтому их нельзя механически сводить к одной цифре; общая для обеих организаций тема — влияние дорогой энергии и перебоев поставок на экономическую активность.
ОПЕК+ пока сохраняет ранее согласованные ориентиры: 4 октября семь стран, участвующих в добровольных корректировках добычи, решили оставить требуемый уровень добычи сентября на ноябрь. Это решение не означает, что фактический объём предложения полностью соответствует квотам: на потоки влияют перебои, ограничения инфраструктуры и безопасность морских маршрутов.
В США власти одобрили обмен до 4 млн баррелей из Стратегического нефтяного резерва для компенсации перебоев, связанных с ураганом. Минэнерго США описало эту меру как ответ на логистические нарушения и потребность в снабжении, а не как обычную интервенцию ради снижения цен. По данным Управления энергетической информации США, запасы SPR на неделе, завершившейся 2 октября, составляли 282,983 млн баррелей. На фоне урагана «Исайас» 13 октября было временно остановлено около 16,13% текущей суточной добычи в Мексиканском заливе — примерно 329 тыс. баррелей в сутки; ведомство подчёркивает, что такие остановки являются стандартной мерой безопасности.
По данным октябрьского обзора ОПЕК, российская добыча нефти в сентябре составила около 8,64 млн баррелей в сутки. Отдельный вопрос — экспорт нефтепродуктов. Александр Новак заявил 14 октября на Российской энергетической неделе, что к концу года Россия может восстановить поставки дизельного топлива на мировой рынок до 3–3,5 млн тонн в месяц, то есть до прежнего уровня. Это прогнозируемая возможность, а не текущий объём и не подтверждение уже заключённых контрактов на такие поставки. Ранее Новак называл поэтапный график: 300 тыс. тонн в октябре, 500 тыс. — в ноябре и до 1 млн тонн — в декабре; в перспективе он говорил о 3 млн тонн ежемесячно.
В Казахстане последние доступные на 14 октября данные Бюро национальной статистики охватывают январь-август: индекс производства сырой нефти и природного газа составил 91,6% к тому же периоду прошлого года. КазМунайГаз по итогам первого полугодия сообщал о снижении добычи нефти и конденсата на 4,6%, связывая динамику, в частности, с ограничениями приёма нефти системой Каспийского трубопроводного консорциума и снижением добычи на отдельных месторождениях. Поэтому формулировку о снижении добычи за девять месяцев корректнее заменить на подтверждённые показатели за январь–август и первое полугодие.
Дальнейшее движение цен будет зависеть не только от решений производителей, но и от того, насколько быстро восстановится безопасное судоходство, снизятся расходы на страхование и фрахт и вернутся на рынок выпавшие объёмы. Пока же рынок живёт одновременно в двух реальностях: фьючерсы показывают высокую, но ограниченную цену, а физические поставки и нефтепродукты дорожают сильнее из-за логистического риска.