Мир подошёл к «решающему, поворотному моменту развития» — именно с этой оценки Владимир Путин начал разговор о будущем на пленарной сессии XXIII ежегодного заседания Международного дискуссионного клуба «Валдай» 1 октября. Встреча этого года проходит под темой «Ответственность за будущее: пределы возможного или возможности без предела?» и собрала около 120 участников из 40 стран. Однако речь президента довольно быстро вышла за рамки привычного разговора о международной политике: по его словам, происходящие перемены затрагивают технологии, социальные процессы и саму биологическую и морально-нравственную природу человека, а значит, цена решений, которые принимаются сегодня, становится значительно выше.
При всей тревожности нынешнего периода Путин не представил будущее как неизбежное движение к мировому хаосу. Напротив, в его выступлении прозвучала уверенность в том, что государства Востока и Запада, Севера и Юга рано или поздно будут вынуждены договариваться о принципах нового мироустройства, поскольку прежняя система международных отношений меняется вместе с реальным соотношением сил. По оценке президента, влияние западных стран постепенно сокращается, другие центры получают больший политический и экономический вес, а многополярность становится частью новой реальности. Главный риск переходного периода он связал с тем, что старые правила уже перестают работать, тогда как новые ещё не сформировались, и именно в таком промежутке особенно важно не допустить сценариев, способных приблизить человечество к грани выживания.
Отсюда — отдельный разговор о международных институтах, созданных после Второй мировой войны. Говоря об Организации Объединённых Наций, Путин отметил, что к её сегодняшней работе существуют обоснованные претензии и что, по его оценке, организация управляется менее коллегиально и демократично, чем предполагалось изначально. При этом речь не шла об отказе от ООН: президент назвал её наиболее представительной международной площадкой и выступил за «справедливую реформу», которая позволила бы полнее учитывать современный вес стран Азии, Африки, Латинской Америки и других развивающихся регионов. Ключевым условием любых изменений он назвал внутренний консенсус государств — членов организации.
Говоря о том, почему договорённости между странами становятся всё более хрупкими, Путин прибегнул к жёсткой, но хорошо узнаваемой формуле — «сила есть — ума не надо». По его словам, подобная логика, если она становится принципом поведения крупных игроков, «до добра не доводит». Среди явлений, разрушающих международное взаимодействие, президент называл систематическое невыполнение обязательств, превращение содержательного диалога в фарс и пренебрежение фактами ради текущей политической выгоды
Неизбежно разговор перешёл к конфликту на Украине. Здесь Владимир Путин вновь изложил позицию российского руководства относительно причин происходящего, заявив, что Россия не стремилась начинать военное противостояние и была поставлена в ситуацию, когда вынуждена была защищать себя с оружием в руках.
«Правда в том, что не мы хотели и не мы начали воевать, а с нами начали воевать».
Эту позицию президент связывает с событиями вокруг Украины после 2014 года, ситуацией в Донбассе, расширением военной инфраструктуры НАТО и угрозами, которые российское руководство считает направленными против безопасности страны
При этом вслед за разговором о противостоянии прозвучал призыв искать возможность сосуществования даже при глубоком расхождении интересов. «Если мы хотим жить, а все хотят жить, — сказал Путин, — давайте жить дружно и вместе искать пути к тому, как это сделать». Президент назвал выстраивание доверия сложным и хрупким процессом: создать его трудно, разрушить значительно легче, особенно когда стороны изначально воспринимают друг друга как противников.
Одним из наиболее чувствительных эпизодов дискуссии стал вопрос о безопасности Калининградской области и возможной реакции России в случае прямого нападения. Здесь формулировка президента была предельно конкретной: если речь действительно дойдёт до прямой атаки на Россию, «неизбежно и немедленно» возникнет вопрос о применении всех имеющихся у страны вооружений. Одновременно Владимир Путин специально уточнил трактовку, ранее обсуждавшегося заявления, российского МИД: по его словам, там не говорилось о применении именно ядерного оружия. «Мы никого не пугаем», — подчеркнул президент, охарактеризовав подобные предупреждения, как ответ на попытки давления и запугивания России.
За внешнеполитической частью выступления всё время присутствовала более широкая тема — способность человека сохранить контроль над собственным прогрессом. Путин говорил о новых технологиях и искусственном интеллекте как об инструментах, открывающих огромные возможности, но одновременно несущих новые риски. В частности, он предупредил об опасности обезличивания человека и появления своего рода «цифрового тоталитаризма», если технологическое развитие окажется оторвано от моральных и общественных ограничений. В такой постановке вопрос о будущем перестаёт быть исключительно спором государств за влияние: ответственность распространяется и на то, каким будет сам человек в мире, где технические возможности расширяются быстрее, чем успевают формироваться правила их использования.
Возможно, именно поэтому слово «ответственность» оказалось центральным для нынешнего «Валдая». Мир действительно переживает масштабную перестройку, однако в логике президентского выступления многополярность сама по себе ещё не гарантирует большей безопасности. Новая система сможет быть устойчивой только в том случае, если государства научатся договариваться, выполнять обязательства и сохранять пространство для разговора даже тогда, когда политические интересы расходятся почти полностью. Ближайшая задача, которую обозначил Путин, значительно прозаичнее больших концепций нового мироустройства: не позволить соперничеству перейти черту, за которой цена ошибки окажется слишком высокой для всех.